"Конечно, Иконы не смогли мне помочь при поступлении в Литинститут, и я так и не узнал, зачем, чтобы сочинять стихи, надо становиться профессором. Иконы - каждая из них огромна и по-юношески максималистична - начинаются Хладнокровием, одним из немногих произведений, что я всегда помню наизусть, а заканчиваются Зимой в Городе. Ожидая в некоем Январе электричку на станции Бирюлёвотоварное, я любовался на метель в вечернем фонаре, и вдруг....упал с моего темечка огроменный булыжник."